Общая исповедь
p1080347.jpg11 апреля, в среду, во время вечернего богослужения, в нашем храме был совершён чин общей исповеди. Сначала к прихожанам обратился настоятель и пожелал всем истинного раскаяния и прощения. После оглашения общих грехов и прочтения молитвы перед исповедью, священники стали исповедовать в четырех частях храма. Каждый желающий смог подойти к священнику для окончательного разрешения.

 

p1080335.jpg
    p1080346.jpg
 p1080340.jpg      p1080341.jpg

В древности практиковалась публичная исповедь. Кающийся христианин должен был рассказать о своем грехе перед общиной и попросить прощения. Затем, когда в Церковь стало приходить огромное количество язычников, и общины естественным образом увеличились, исповедь стала частной.

В 20-веке всё изменилось.

Вот отрывок из книги книги протоиерея Алексия Уминского «Тайна примирения»:

«Говоря об общей исповеди, мы вспоминаем наши мно­голюдные храмы в тот период, когда не хватало ни храмов, ни священников. В большие праздники в церковь приходи­ло так много людей, что невозможно было успеть всех поисповедовать, и совершалось некое действие, которое стали называть общей исповедью. Обычно выходил священник в епитрахили с крестом, с Евангелием и ко всем людям, ко­торые пришли в храм, чтобы причаститься святых Христо­вых Тайн, обращался с проповедью, касающейся Таинства покаяния. Он рассказывал людям о том, что такое исповедь, какие люди грешные, о том, что всем надо каяться, потому что без покаяния никто не может спастись и войти в Царс­твие Небесное, а потом говорил такие слова: «Сейчас я вам буду перечислять грехи, а вы все внутри себя кайтесь в них и говорите „грешен» или „грешна»». И священник начинал читать длинный-длинный список грехов, начиная от первой заповеди и кончая последней. И все люди повторяли вслед за священником слова покаяния в перечисленных грехах. После этого священник покрывал всех епитрахилью, люди целовали крест и Евангелие и шли причащаться.

Такую форму исповеди приписывают святому праведно­му Иоанну Кронштадтскому, называя его родоначальником общей исповеди. Действительно, святой праведный Иоанн Кронштадтский своей пламенной проповедью побуждал людей к покаянию. К нему на службу в кронштадтский Андреевский собор собиралось по пять-семь тысяч человек, в храме страшно было находиться — так глубоко в душу проникало его слово, настолько реальным становилось раскаяние. В этот момент люди не могли сдержать своих чувств, они вставали на колени, громко выкрикивали свои грехи, плакали и умо­ляли Бога о пощаде… Исповедь про­должалась несколько часов. Совершалось настоящее покая­ние, человеческие души очищались от греха, и жизнь людей изменялась, они чувствовали присутствие святого, и его лич­ная святость передавалась всем окружающим. После этого они причащались из его рук. На такое был способен только святой праведный Иоанн Кронштадтский.

Позднее общая исповедь проводилась в наших храмах во времена гонений и войны. Очень многие священники на­ходились в лагерях, и чтобы добраться до действующих храмов, которые были в основном маленькими, кладбищенски­ми, людям приходилось преодолевать огромные расстояния. Попасть на службу они могли, может быть, только несколько раз в год, скажем, на Крещение или на Пасху. И вот они соби­рались в храме, а там один старенький священник, который только что вышел из лагерей, который едва стоял ногах и был не в силах исповедовать большое количество людей. И тогда стали прибегать к общим исповедям. Это было тяжелое время гонения на Церковь, и люди, которые жили тогда со Христом, конечно, переживали исповедь немного иначе, чем переживаем ее сейчас мы с вами».

Сегодня этот чин совершается и для единения людей — почувствовать себя единой Церковью, и как возможность для тех, кто боится прийти на частную исповедь, покаяться сначала вместе со всеми, а потом уже в порыве раскаяния подойти на индивидуальную исповедь к священнику. Так же, как повод задуматься и даже ощутить причастность к тому общему греху наших прародителей Адама и Евы. Как  возможность вспомнить забытый грех или услышать то, что и грехом не считал, и тут же покаяться.